Толдот — Берешит (Бытие) 25:19-28:9

474 Просмотров




Недельная глава «Толдот» («Родословная»)

Глава начинается словами «И вот родословная Ицхака…» (Берешит, 25:19) и, продолжая тему женитьбы Ицхака, сообщает, что у Ицхака и Ривки долго не было детей и что супруги молили Б-га о потомстве. У Ривки родятся близнецы Эсав и Яаков. Когда они становятся взрослыми, Яаков покупает у Эсава первородство. В дни Ицхака, как в дни Авраама, в стране наступает голод. По требованию Всевышнего семья Ицхака переживает период голода, оставаясь в Кнаане. Ицхак старится, теряет зрение и хочет благословить сыновей, как подобает перед кончиной. Яаков притворяется Эсавом и получает благословение, полагающееся первенцу. Эсав готов убить его за это. От ярости брата Яаков убегает в Падан-Арам, в родные края матери, к её брату Лавану. Там, как надеется отец, он найдёт себе невесту.
Что почём?
Раввин Бенцион Зильбер

Стоит ли первородство чечевичной похлебки? Стоит ли чечевичная похлебка первородства? Кто выиграл и кто прогадал в этой сделке? Не прогадал ли Эсав, согласившись на этот промен?

Известно, что исполнение священной службы в те времена возлагалось на первенцев… Первенцы лишились этого права много позже, после того, как приняли участие в поклонении золотому тельцу… Значит, священнослужителем должен был стать Эсав. Эсав же отнюдь не рвался молиться и приносить жертвы. Кстати, для него это было бы и рискованно. К священнослужителю Б-г предъявляет особые требования и за их нарушение может укоротить жизнь. Так, например, нельзя исполнять священную службу, не стригшись долгое время или выпив вина. Это серьезный грех, а Эсаву вовсе не хотелось в чем-то себя ограничивать…

Помню, у одного моего знакомого в дровяном сарае валялись, покрываясь пылью, ценнейшие книги Талмуда и Шулхан Арух. Ясное дело, я предложил ему продать их мне…

Вот Яаков и ждал случая, чтобы предложить Эсаву продать первородство.

[Рав И. Зильбер. Беседы о Торе]

У евреев есть закон о наследовании, по которому первенец получает две доли наследства сравнительно с другими детьми. По-видимому, в те времена он еще не действовал. Вряд ли Эсав совершил бы столь грубый промах, в таких-то вещах он разбирался. Так что в этом отношении он ничего не терял. С другой стороны, первенец — продолжатель дела отца. Это тоже чего-то да стоит. Получается, что Эсав отдал высокую жизненную задачу за похлебку. Так, может быть, сделка была обманной?

С точки зрения Эсава, прогадал как раз Яаков. Ведь он обменял нечто совершенно эфемерное на вещь вполне ощутимую и реальную. Эсав даже, говорит мидраш, насытившись как следует, позвал приятелей, чтобы вместе посмеяться над простаком Яаковом.

Возможность вести священнослужение и приносить жертвы в глазах Эсава не стоила вообще ничего, да еще сулила неприятности. Он считал, что сделка для него как нельзя более выгодна: избавился от опасных обязанностей и получил прекрасный обед впридачу. Это уже потом, когда он понял, что с первородством связано главное благословение отца, он увидел еще и другую сторону медали. Да и то, в общем-то, ущерб был ему в значительной степени компенсирован благословением, которое он получил от отца после Яакова.

У этой темы есть два аспекта. Первый — что сколько стоит? И второй — что на что мы в этой жизни меняем?

По поводу первого расскажу такую хасидскую историю. Жил-был хасид-бедняк, и не было у него денег на свадьбу и на приданое дочери. Пошел он к ребе за советом, и ребе сказал ему: «Иди туда-то и туда-то и купи первое, что предложат». Взял хасид единственный рубль, что у него имелся, и пошел. Пришел в указанное место, там народу много, купцы сидят, люди разные ходят. Кто-то предлагает: «Продаю свой олам аба (буквально — Будущий мир, имеется в виду — место, награду, которая полагается душе после ухода из земного мира)». Хасид и купил. За рубль.

На этом история не кончилась. Пришел человек, продавший олам аба, домой и похвастался жене, как ловко рубль заработал. А жена вдруг и говорит: «Не хочу с тобой жить. У тебя олам аба нет. Какой же ты еврей после этого? А с неевреем я жить не стану».

Вот так раз! Семейной жизнью этот человек дорожил, а потому побежал обратно, нашел хасида-покупателя, пытается вернуть ему рубль и аннулировать сделку. А тот не согласен: «Торговля — это торговля. Ты вещь продал, она уже не твоя. А я ее по другой цене продаю». Долго они торговались, и в конце концов прежний владелец олам аба выкупил его за сумму, достаточную для того, чтобы дать приданое и сыграть свадьбу дочери хасида.

О дальнейших событиях рассказывают разное. То ли горе-продавец в одиночку, то ли вместе с хасидом-покупателем поехал к ребе — поговорить о том, что случилось и правильно ли они действовали. А другие говорят: к ребе поехала жена «продавца». И сказала: «Я, конечно, рада, что мы помогли выдать замуж девушку. Но мне хотелось бы знать: действительно ли олам аба моего мужа стоит всего рубль?» «Когда твой муж продавал его, — отвечал ребе, — да, стоил он не больше того, как был оценен владельцем, а вот потом, когда твой муж помог бедной девушке, он уже стоил гораздо больше».

Рав Хаим Шмулевич, глава ешивы «Мир», в одной из бесед по этике сказал ученикам: «Если аврех (женатый студент) пропускает занятия Торой по какой-то незначительной причине, он назначает своим занятиям Торой именно эту низкую цену. Снижает ценность своей Торы».

Каждая вещь ценится соответственно тому, как сам хозяин ее оценивает. А значит — в сделке Яакова с Эсавом обмана не было.

И еще несколько слов о втором аспекте темы. Что на что мы меняем? В обмене материального на материальное люди обычно неплохо ориентируются. Но ведь в жизни часто происходит и обмен духовного на материальное. Стоит ли оно того? В конце-то концов, необходимый минимум материального мы всегда получаем. И главный вопрос жизни — стоит ли его увеличивать за счет духовного?

VN:F [1.9.22_1171]
VN:F [1.9.22_1171]

Если вам понравилась эта статья, Пожалуйста, оцените её Кликни иконку в соц.сетях
А так же поддержите нас, кликнув на партнерскую ссылку рекламы от Гугль