Откуда известно, что ритуальное умерщвление животного суть перерезание ему горла

479 Просмотров




20130507-215741.jpg
Мудрецы детально разработали законы, связанные со шхитой – ритуальным умерщвлением скота. Они установили, каким должен быть нож для резки скота, каким именно образом животное должно быть зарезано, какой орган животного должен быть перерезан. Они ввели все эти законы несмотря на то, что в Торе нет на них ни малейшего намека; более того, там вообще нет указания, что животное, мясо которого предназначено для еды, должно быть убито каким-нибудь особенным способом. Тора запретила две вещи: употребление в пищу мяса животного или птицы, умерших своей смертью, от старости или болезни (такие животные называются невела – «падаль»), а также мясо животного, убитого хищником (такие животные называются трефа – «растерзанное»). О падали в Торе сказано: «Не ешьте всякой падали» (Второзаконие 14,21); о трефе: «И мяса растерзанного зверем в поле не ешьте» (Исход 22,30). Одновременно Тора открыто разрешает есть мясо кошерного животного, убитого человеком любым способом: «И всякий из сынов Израиля и из пришельцев, живущих среди них, кто на охоте поймает зверя или птицу, которую можно есть, должен выпустить кровь его и покрыть ее землей» (Левит 17,13). Это означает, что тот, кто добудет животное, скажем, убив его стрелой на охоте, может смело есть его мясо, при условии, что покрыл его кровь землей. Поэтому весьма естественно, что мудрец по имени рав Кахана задался вопросом: откуда известно, что убить животное так, чтобы его мясо было дозволено к употреблению в пищу, можно только перерезав ему горло? Ему ответили: мы учим это из Торы, из главы, посвященной жертвоприношениям, где сказано: «И зарежет (шахат) тельца» (Левит 1,5).

Слово шахат можно разбить на две части: шах и хат. Слов шах можно истолковать как однокоренное к «склоняться», «нагибаться»; слово хат – как однокоренное к «очищаться». Все это было истолковано следующим образом: ритуальное убиение (шхита), оно же «очищение», должно производиться на том органе, при посредстве которого животное нагибается; ясно, что речь идет о горле. Мудрецы возразили: если убиение действительно должно производится на сгибающемся органе, то отчего не на хвосте, который уж точно все время сгибается! Им ответили: мы говорим о шах, сгибании, подразумевая, что искомый орган до того, как согнулся, был прямым, в то время, как хвост всегда согнут и прямым не бывает; однако горло (в данном случае имеется в виду шея) то согнуто, то прямо. Мудрецы снова возразили: в таком случае, речь может идти об ухе, которое уж точно то стоит прямо, то согнуто (опущено). Им ответили: ухо никак не подходит, поскольку его отрезание не убивает животное. Мудрецы парировали: быть может, необходимо начать убиение с отрезания уха и продолжать резать, пока не дойдут до органа, гибель которого станет причиной смерти животного? Это возражение было принято: действительно, невозможно привести аргумент из Писания, доказывающий, что убивать животное нужно, перерезая ему горло; этот закон был передан нам изустно от древнейших поколений.

Мудрец по имени рав Еймар также попытался найти источник закона о перерезании горла непосредственно в Торе. Он сослался на следующий стих: «То зарежь (везавахта) из крупного и из мелкого скота твоего» (Второзаконие 12,21). Слово завахта может быть разбито на две части: зав и хат. Слово зав указывает на истечение жидкости, слово хат – на перелом или разрез. Из этого делается следующий вывод: убиение должно совершаться на органе, из которого вытекает жидкость; ясно, что это горло, из которого вытекает кровь. Мудрецы возразили: почему это не нос, из которого вытекают различные выделения? Им ответили: жидкость должна вытекать вследствие разреза, а из носа выделения вытекают без всякого разреза, сами собой. Мудрецы снова возразили: быть может, органом, на котором должно совершаться убиение, является сердце, из которого кровь польется-таки после разреза? Это возражение было принято: действительно, невозможно привести аргумент из Писания, доказывающий, что убивать животное нужно, перерезая ему горло; этот закон был передан нам изустно от древнейших поколений.

Один из мудрецов Мишны, рабби Ишмаэль, также попытался найти источник закона о перерезании горла непосредственно в Торе. Он вернулся к уже упомянутому стиху: «И зарежет (шахат) тельца» (Левит 1,5). Слово шахат можно с некоторой натяжкой (с подстановкой буквы шин вместо родственной буквы син) заменить словом сахат. Слово сахат разбивается на две части: сах и хат. Сах естественно истолковывается как речь, издавание звуков, хат – как очищение. Отсюда следующая интерпретация: убиение должно производиться на органе, при посредстве которого животное издает звуки; ясно, что это горло. Мудрецы возразили: почему не язык? Ведь язык, как и горло, издает звуки! Им ответили: язык не подходит, ибо даже если его отрезать, животное не умрет. Мудрецы вновь возразили: быть может, следует начать убиение животного с отрезания языка и продолжать резать до тех пор, пока дойдут до органа, гибель которого станет причиной смерти? Это возражение было принято: действительно, невозможно привести аргумент из Писания, доказывающий, что убивать животное нужно, перерезая ему горло; этот закон был передан нам изустно от древнейших поколений.

Вавилонский Талмуд, трактат Хулин 27а

VN:F [1.9.22_1171]
VN:F [1.9.22_1171]

Если вам понравилась эта статья, Пожалуйста, оцените её Кликни иконку в соц.сетях
А так же поддержите нас, кликнув на партнерскую ссылку рекламы от Гугль