Евангелия и литература Талмуда и мидраша

574 Просмотров




Михаил Туваль

Евангелия, как известно, описывают жизнь и деятельность одного из выдающихся галилейских евреев I века н. э. на фоне его взаимоотношений с другими иудеями[1].

Несмотря на то что в загробной жизни он сам и его учение прославились среди неевреев, во время его жизни на земле любовь и даже терпимость к ним отнюдь не были его характерными чертами.

Авторы Евангелий от Матфея и от Марка рассказывают, что он сравнивал неевреев с собаками и «спасал» их неохотно (Мф.,15:21-8; Мк., 7:24-30). В этом отношении Иисус был намного радикальнее, чем большинство его современников. Я как то уже писал на страницах этого журнала[2], что многие евреи того периода целенаправленно проповедовали иудаизм язычникам — но не Иисус.

В этой статье я попытаюсь прояснить, как рассказы о еврее из Назарета, сохранившиеся в первых трех Евангелиях, помогают нам в изучении более поздней еврейской литературы и в воссоздании общей картины древнееврейской истории.

Моя задача состоит в том, чтобы подчеркнуть важность синоптических Евангелий как интегральной части еврейской литературы эпохи Второго храма и продемонстрировать их значимость для любого, интересующегося этим важнейшим периодом в истории человечества. Я также попытаюсь проиллюстрировать, как Евангелия могут помочь в исследовании раввинистической литературы.

То, что Евангелия отражают реалии Эрец-Исраэль в последние годы эпохи Второго храма, практически никем из современных исследователей не оспаривается.

Авторы Евангелий по большей части сами были евреями и, даже если хотели бы, не могли рассматривать свой нарратив в отрыве от иудаизма, скорее они мыслили себя его наследниками и продолжателями.

Современные исследователи обнаружили в раввинистической литературе параллели большинству изречений Иисуса, зафиксированных в канонических Евангелиях, а некоторые, весьма немаловажные жанры, такие, например, как притча, характерны только для Евангелий и раввинистической литературы. Многие из евангельских притч имеют чуть ли не дословные параллели в литературе Талмуда и Мидраша[3].

Практически вся еврейская литература периода Второго храма, так называемые «апокрифы» и «псевдоэпиграфы» (за исключением текстов, найденных в Каирской генизе, и Кумранских рукописей), сохранилась благодаря христианским переписчикам.

Христиане ценили эти книги, полагая, что с их помощью можно лучше понять еврейский мир, в котором происходили события Нового Завета (далее НЗ).

Однако христианские ученые мужи были практически незнакомы с современной им раввинистической литературой, не знали иврита.

image002

Cинайский кодекс. Мф., 2:5-3:7. Египет. IV век н. э.

Лишь начиная с эпохи Ренессанса, желая воссоздать картину иудейского мира НЗ, в поле зрения христианских ученых помимо апокрифов и псевдоэпиграфов попала классическая еврейская литература: Талмуд и Мидраш.

Так, уже в XVII веке были написаны толкования на НЗ, основанные на раввинистических источниках. Создание подобных толкований продолжалось в XVIII и XIX веках. В XX веке увидели свет буквально тысячи статей и десятки книг, обсуждающих параллели между раввинистической литературой и НЗ[4].

Сильнейшим стимулом для изучения «еврейского фона НЗ» послужили Холокост и создание современного Государства Израиль.

Важно отметить, что до недавнего времени ученые не обращали внимания на тот факт, что между написанием книг НЗ и редакцией различных раввинистических компиляций пролегает период в несколько сотен лет. НЗ описывает события, происходившие до разрушения Второго храма, и в состав его входят сочинения, написанные между 50 и 110 годами н. э., а раввинистические тексты создавались и редактировались гораздо позднее: между 200 и 700 годами н. э.[5].

В последнее время исследователи стараются выработать четкий систематизированный подход в использовании раввинистической литературы для толкования НЗ[6].

Спор о возможности подобных спекуляций является частью более широкой дискуссии о том, насколько вообще оправдан поиск достоверной исторической информации в раввинистических источниках[7].

Отдельные исследователи полагают, что Талмуд отражает правдивую историческую картину, другие не менее серьезные ученые считают, что в нем не больше достоверной, с исторической точки зрения, информации, чем в сказках народов мира. Будем надеяться, что, когда утихнут бури, историки периода Второго храма и исследователи Талмуда и Мидраша выработают сбалансированный методологический подход, который позволит извлекать из раввинистической литературы достоверные факты политической и религиозной истории евреев в эпоху Второго храма и раввинистического периода.

Тексты НЗ до сих пор очень незначительно привлекаются для изучения раввинистической литературы. Важно отметить, что и другие еврейские источники времен Второго храма используются в этом контексте сравнительно мало. Дело в том, что большинство этих сочинений не сохранились в оригинале на иврите или арамейском, а некоторые изначально были написаны по-гречески. Поэтому от желающего их изучать (в дополнение к знанию иврита и арамейского) требуется знакомство с такими древними языками, как греческий, латынь, эфиопский, коптский, армянский, арабский, старославянский. Разумеется, ученый также должен хорошо ориентироваться в огромном количестве научной литературы.

В случае с НЗ ко всему этому добавляется еще и «эмоциональная» проблема: отношение к НЗ как к недружественному тексту, который использовали на протяжении столетий для преследований евреев и оправдания их униженного положения. Но, стоит заметить, что времена меняются и все больше исследователей иудаизма отводят НЗ достойное место при изучении истории и религии еврейского народа.

Как могут тексты НЗ, в частности Евангелия, помочь в понимании раввинистического корпуса?

Прежде всего, стоит помнить, что, хотя раввинистическая литература продолжает традиции иудаизма Второго храма, она также в немалой степени свидетельствует о разрыве с ними. Она отражает мнения тех мудрецов, которые ее создавали. Как иногда говорят, между Еврейской Библией и Мишной пролегает литературная пустыня.

Авторы Талмуда подвергли своего рода «раввинизации» мудрецов, живших в более ранние эпохи. Зачастую эти реконструкции прошлого отражают эпоху и ментальность ее создателей, а не реальные древние времена. Поэтому для получения более полной картины развития иудаизма необходимо изучать разные его течения, и лишь тогда появится возможность выделить и проанализировать те специфические факторы, которые сформировали собственно раввинистический иудаизм, зафиксированный в текстах Талмуда и Мидраша[8].

Помимо использования НЗ для исторических реконструкций (например, для изучения истории и характера фарисейского движения, о чем я недавно писал в «Лехаиме»[9]), с его помощью можно проследить развитие традиции толкования Еврейской Библии, а также мидраша и алахи.

Не секрет, что, кроме определенного сходства между литературой Второго храма (Кумранскими свитками, апокалиптическими произведениями и сочинениями эллинистического иудаизма) и раввинистической, есть между ними и различие.

Некоторые исследователи вообще сомневаются в том, что талмудическая литература в какой-либо мере отображает иудаизм, существовавший до разрушения Храма. По крайней мере, мы не знаем точно, что конкретно из раввинистических материалов передает нам картину прошлого, а что нет. И вот тут, как это ни иронично, нам на помощь приходит НЗ.

Читателю Евангелий сложно увидеть сходство между описанием образа жизни и учения Иисуса из Назарета и тем, что нам известно о мировоззрении и повседневной жизни аскетических авторов Кумранских свитков, безумных апокалиптических мечтателей, бандитов-мессий, сжигавших дворцы и разграблявших виллы богатых, или философски-настроенных и космополитических иудеев греко-римской диаспоры.

Единственная группа раннего иудаизма, на представителей которой был очень похож Иисус, объединяла так называемых «хасидов и людей дела», рассказы о которых сохранились только в раввинистической литературе.

«Хасид» на иврите — «набожный/благочестивый человек». Слово это используется уже в Еврейской Библии, например в Теилим, 149:5, 9.

Эти «хасиды» с научной точки зрения не имеют никакого отношения к современному хасидизму.

image003

Вход в пещеру, где захоронен рабби Ханина бен Доса. Нижняя Галилея, долина Сахнинo.

Так или иначе, в этом случае у нас есть неоспоримое свидетельство того, что учения, образ жизни и другая информация, которую содержит раввинистическая литература, описывают жизнь во времена Второго храма и в ранний раввинистический период.

Примером близости Иисуса к кругам «хасидов и людей дела» могут служить следующие отрывки из НЗ:

«Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов, будут говорить новыми языками; Будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им. Возложат руки на больных, и они будут здоровы» (Мк., 16:17-18); «Се, даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражью, и ничто не повредит вам» (Лк., 10:19; ср. с Деян., 28:3-5 — не будем забывать, что Деян. были написаны тем же автором, что и Лк.).

Ученые обратили внимание на сходство этих историй с рассказами о хасидах:

«Не стоит и молиться, если у вас несерьезные намерения.

Первые хасиды проводили час в молитве, направляя свои сердца к Б-гу.

Даже если сам царь спросит: “Как дела?” — не ответит; даже если змея обовьется вокруг пяты, не остановится» (Мишна, Брахот, 5:1)[10].

А также: «Рассказывают о р. Ханине бен Досе, что как-то во время молитвы укусила его змея, но он не прекратил молиться, а змею нашли мертвой у ее норы. С тех пор говорят: “Горе тому, кого укусит змея, и горе той змее, которая укусит р. Ханину бен Досу”» (Иерусалимский Талмуд, Брахот, 9а).

В другой версии этого рассказа р. Ханина бен Доса подошел к змее по собственному желанию: «В одном месте появилась змея, причинявшая вред людям. Когда об этом сообщили р. Ханине бен Досе, он велел показать им ее нору. Они показали ему. Когда рабби опустил пяту в эту нору, змея выползла, укусила его и умерла.

Рабби взял ее, принес в бейт мидраш и сказал: “Смотрите, дети мои, не змея умерщвляет, а грех”. В тот час сказали: “Горе тому, кого поразил змей, и горе тому змею, которого поразил р. Ханина бен Доса”» (Вавилонский Талмуд, Брахот, 33а)[11].

Исходя из вышеприведенных историй, можно сделать выводы о религиозном мировоззрении их авторов: «Не змей умерщвляет, а грех», т. е. праведнику не нужно бояться змей, скорпионов и смертоносных настоев («всю силу вражью»), поскольку сами по себе они не могут повредить человеку, очистившемуся от греха[12].

Сходство между Евангелиями и раввинистической литературой в этом вопросе свидетельствует о близости Иисуса к кругам «хасидов и людей дела».

Приведем еще одну параллельную Евангелиям хасидскую историю, которая также повествует о р. Ханине бен Досе.

Но прежде обратимся к отрывку из НЗ:

«У одного сотника слуга, которым он дорожил, был при смерти. И услышав об Иисусе, он послал к нему иудейских старейшин просить его, чтобы пришел исцелить слугу его. И они, придя к Иисусу, просили его убедительно, говоря: он достоин, чтобы ты сделал для него это, ибо он любит народ наш и построил нам синагогу. Иисус пошел с ними. И когда он недалеко уже был от дома, сотник прислал к нему друзей сказать ему: не трудись, Господи! Ибо я не достоин, чтобы ты вошел под кров мой; потому и себя самого не почел я достойным прийти к тебе; но скажи слово, и выздоровеет слуга мой. Ибо и я подвластный человек, но, имея у себя в подчинении воинов, говорю одному: пойди, и идет; и другому: приди, и приходит: и слуге моему: сделай то, и делает. Услышав сие, Иисус удивился ему и обратившись сказал идущему за ним народу: сказываю вам, что и в Израиле не нашел я такой веры. Посланные, возвратившись в дом, нашли больного слугу выздоровевшим» (Лк., 7:2-10; ср.: Мф., 8:5-13).

Удивительно, насколько эта история похожа на рассказ, который приводится в обоих Талмудах:

«Дело было с раббаном Гамлиэлем, у которого заболел сын. Послал учеников за р. Ханиной бен Досой. Рабби сказал им: подождите меня, пока не поднимусь на чердак. Поднялся, спустился и сказал им: я уверен, что полегчало сыну раббана Гамлиэля. В тот час он выздоровел и попросил пищу» (Иерусалимский Талмуд, Брахот, 9д; ср.: Вавилонский Талмуд, Брахот, 34б).

Нет сомнений, что сходство между историями об Иисусе и р. Ханине бен Доса не случайно: и те и другие рассказы отражают мировоззрение хасидских кругов I века н. э.

Это, разумеется, не означает, что они содержат лишь достоверную историческую информацию (или что в них вообще присутствуют какие-либо исторические факты).

Но даже если эти случаи были выдуманы, то это произошло в I веке н. э., а не в III–V веках.

Другими словами, Евангелия здесь демонстрируют, что истории о хасидах — это не какие-то сочиненные талмудистами поздние сказки, а очень древние истории, уходящие корнями в хасидский этос I века н. э. А если так, то они передают ту атмосферу (и пусть это будет всего лишь интеллектуальная атмосфера), которая царила в Земле Израиля до разрушения Храма.

Я вовсе не стремлюсь доказать идентичность учения Иисуса и хасидов эпохи Второго храма и раннего раввинистического периода (да и не смог бы), но лишь хочу продемонстрировать, что еврей из Назарета вовсе не был потусторонним персонажем для окружавшего его иудейского мира.

А истории о нем помогают нам лучше представить, каким этот мир был.

Из других рассказов о хасидах мы узнаем, как они управляли стихиями (Хони а-Меагель), изгоняли злых духов (Ханина бен Доса), раздавали все свое имущество бедным (р. Ишбав), спорили с фарисеями (Хони а-Меагель, р. Ишбав, Ханина бен Доса), считали, что добрые дела важнее изучения Торы (р. Пинхас бен Яир), и — интереснее всего — назывались «сыновьями Б-жьими».

«Р. Йеуда от имени Рава сказал: “Каждый день исходит от горы Хорев Б-жественный глас, говорящий: „Весь мир этот кормится ради сына Моего Ханины, а Моему сыну Ханине достаточно килограмма плодов рожкового дерева от субботнего вечера и до субботнего вечера“”» (Вавилонский Талмуд, Брахот, 17б)[13]. Кто из читающих эти строки слышал про сына Б-жьего Ханину?

В Мишне, в трактате «Таанит», 3:8, описывается конфликт Хони а-Меагеля с главой фарисеев Шимоном бен Шатахом.

Шимон хотел отлучить Хони за его дерзкое поведение по отношению ко Всевышнему (Хони вообще-то был чудотворцем, как и Иисус). Однако Шимон не стал отлучать Хони, обосновав это тем, что последний — «сын Б-жий». И кстати, в смерти Хони в конце концов тоже были виноваты «евреи».

Как я отметил ранее, в НЗ мы отчетливо слышим голоса иудеев I века н. э. и сталкиваемся с исторической, культурной и религиозной реальностью этого периода.

Можно даже сказать — как бы странно это ни звучало, — что НЗ в определенной степени является связующим звеном между миром Еврейской Библии и раввинистической литературой.

Кроме того, материалы, содержащиеся в НЗ, могут помочь в распознании и датировке различных элементов более древней традиции, «осевшей» в раввинистической литературе. И это доказывает, что она содержит в себе достоверную историческую информацию, несмотря на то, что окончательно сформировалась и была отредактирована лишь несколько столетий спустя. Так, например, с помощью НЗ можно продемонстрировать, что многие толкования Еврейской Библии и религиозные идеи, зафиксированные в обоих Талмудах и экзегетических мидрашах, существовали уже в I веке н. э.

Некоторые еврейские обычаи, упомянутые в аморайских сочинениях и даже позже, впервые появляются на страницах НЗ. Рассмотрим несколько примеров древних учений и мотивов:

В этих отрывках из Евангелий от Мф. и Лк. содержится несколько интересных идей.

Одна из них — это толкование на Ваикра, 19:18: «Не мсти и не имей злобы на сынов народа твоего; люби ближнего, как самого себя. Я Г-сподь».

Из текста Евангелий следует, что существует связь между любовью к ближнему и уподоблению Б-гу.

Это толкование напрашивается из самого Писания — в книге Ваикра, 19:2 Б-г говорит: «Святы будьте, ибо свят Я Г-сподь, Б-г ваш». Формулировки «Я Г-сподь, Б-г ваш» и «Я Г-сподь» повторяются на протяжении 18-й и 19-й глав книги Ваикра.

Стоит отметить, что, в отличие от христианской традиции, отчасти пренебрегающей книгой Ваикра (Левит) из-за ее загруженности малопонятными «культовыми» заповедями, в иудаизме она всегда считалась основополагающей; например, дети должны начинать изучение Еврейской Библии именно с нее.

Лк., 6:27-36

Но вам, слушающим, говорю: любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас, благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас. Ударившему тебя по щеке подставь и другую и отнимающему у тебя верхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку. Всякому, просящему у тебя, давай, и от взявшего твое не требуй назад. И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними. И если любите любящих вас, какая вам за то благодарность? Ибо и грешники любящих их любят. И если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за то благодарность? Ибо и грешники то же делают. И если взаймы даете тем, от которых надеетесь получить обратно, какая вам за то благодарность? Ибо и грешники дают взаймы грешникам, чтобы получить обратно столько же. Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ и к неблагодарным и злым. Итак, будьте милосердны, как и Отец ваш милосерден.

Мф., 5:38-48

Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два. Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся. Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас. Да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и гои? Итак, будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный.

Идея о том, что человек должен уподобляться Б-гу, есть и в раввинистической литературе.

В танайском комментарии на книгу Шмот, именуемом «Мехильта де-рабби Ишмаэль» (Шира, гл. 3), дается следующее толкование на Шмот, 15:2: «“[Он Б-г мой] и украшу Его…”[14]

Р. Ишмаэль говорит: “Может ли плоть и кровь украсить Творца?!”

Толкование этого стиха следующее: “Сделаю ради Него красивую пальмовую ветвь, красивую кущу, красивые кисти-цицит, красивую молитву”.

Аба Шауль говорит (толкование этого стиха следующее): “Уподоблюсь Ему — как Он долготерпелив и многомилостив, так и ты [должен быть] долготерпелив и многомилостив”».

Более того, интересно отметить, что Лк. и раввинистический Таргум псевдо-Йонатан (перевод Еврейской Библии на арамейский язык)[15] понимают «люби ближнего, как самого себя» (Ваикра, 19:18), обращаясь к так называемому «золотому правилу».

Хотя Лк. и не ссылается на библейский стих, из параллельного пассажа в Евангелии от Мф. ясно, что оба они основаны на одном и том же толковании. Лк. говорит:

«И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними».

Таргум псевдо-Йонатан на Ваикра 19:18 добавляет: «То, что ненавистно тебе, не делай ему».

Стоит заметить, что среди евреев I века н. э. не только Иисус и апостол Павел высказывали подобные мысли (Мф., 7:12; ср.: Гал., 5:14; Деян., 15:29), но и знаменитый Гилель (который жил в конце I века до н. э. — начале I века н. э.) считал, что эта заповедь выражает суть Торы лучше других[16].

Согласно известному отрывку из Вавилонского Талмуда (Шабат, 31а), Гилель сказал нееврею, готовому обратиться в иудаизм при условии, что Гилель научит его всей Торе, стоя на одной ноге: «То, что ненавистно тебе, не делай своему ближнему. В этом вся Тора, а остальное — это толкование. Иди и учи!»

Про р. Акиву говорится, что «Некто пришел к р. Акиве и сказал ему: “Научи меня всей Торе за один раз!” Р. Акива сказал ему: “Сын мой, даже Моше должен был пробыть на горе сорок дней и сорок ночей, пока не выучил всю Тору, а ты говоришь: „Научи меня всей Торе за один раз“! Но вот тебе самое главное правило Торы: то, что ненавистно тебе, не делай своему ближнему. Если не хочешь, чтобы тебе кто-то вредил, сам не вреди другим. Хочешь, чтобы твоего не крали, не кради чужого”» (Авот де-рабби Натан, версия 2, гл. 26)[17].

Итак, тексты Евангелий (так же как и других книг НЗ) однозначно свидетельствуют, что попытки выразить сущность Торы одним предложением (приписываемые таким древним авторитетам, как Гилель и р. Акива, но зафиксированные в раввинистической литературе лишь через сотни лет после их смерти) действительно осуществлялись в период Второго храма, а не были выдуманы мудрецами, жившими сотни лет спустя.

Приведу еще одно свидетельство.

Мне кажется, что есть определенное сходство между процитированными евангельскими стихами и Тосефтой:

«Если некто обидел своего ближнего (буквально: «причинил ему физический вред»), то тот, кого обидели, должен молить [Б-га] о милости по отношению к своему обидчику, как написано: “И помолился Авраам Б-гу” (Быт., 20:17; трактат Бава кама, 9:29-30).

То же самое написано относительно друзей Иова: “Итак, возьмите себе семь тельцов и семь овнов” (Иов 42:8). И что сказано? “И возвратил Г-сподь потерю Иова, когда он помолился за друзей своих (или „своих ближних“)”»[18].

К приведенным выше отрывкам из Евангелий от Мф. и Лк. существует еще одна параллель в раввинистической литературе.

Известный израильский исследователь древнего иудаизма и раннего христианства профессор Давид Флюссер назвал слова Иисуса и слова еврейских мудрецов, цитируемых ниже, «новой восприимчивостью в иудаизме»[19].

Судите сами. Данная параллель затрагивает характер самого Творца:

«Сказал р. Абау: “Дождливый день важнее, чем день воскресения из мертвых. [Почему?] Да потому что воскресение из мертвых только для праведников, а дожди — как для праведников, так и для нечестивых”» (Вавилонский Талмуд, Таанит, 7а).

Это высказывание приписывается р. Абау, жившему в III веке н. э. — он был современником знаменитого отца церкви Оригена, а также его соседом — оба проживали в г. Кейсария, на берегу Средиземного моря.

Однако дополнительные источники свидетельствуют о том, что похожие мысли высказывали и мудрецы периода Явне, т. е. конца I — начала II века н. э.:

«Р. Хия бар [А]ба сказал: “[Дождь] важнее воскресения из мертвых, так как воскресение только для людей, а [дождь] и для людей и для животных; воскресение только для Израиля, а [дождь] и для Израиля и для неевреев…”

Один нееврей спросил раби Йеошуа: “У вас есть праздники, и у нас есть праздники; когда вы радуетесь, мы не радуемся, а когда мы радуемся — вы грустите. А когда и мы и вы радуемся вместе? Когда идет дождь! Почему написано „луга одеваются стадами“ (Теилим, 64:14), а сразу после этого „Воскликните Б-гу вся земля!“ (Теилим, 65:1)? Ведь не написано „жрецы, левиты и израильтяне“, а „вся земля!“”» (Берешит раба, 13:6 на Берешит, 2:5).

Благодаря проведению параллели между Евангелиями и раввинистической литературой мы вновь становимся свидетелями того, что идея, о которой мы узнаём из раввинистических сочинений позднего периода (в данном случае мидраша V века н. э.), уже существовала в I веке н. э.

Без преувеличения, я мог бы привести сотни интереснейших параллелей между раввинистической литературой и Евангелиями, но формат статьи этого не позволяет.

Однако те примеры, которые здесь обсуждались, я надеюсь, убедительно демонстрируют, что многие традиции, сохранившиеся в позднеантичной раввинистической литературе, также находятся и в Евангелиях, которые были написаны и окончательно отредактированы в последней трети I века н. э.

Другими словами, как это ни странно звучит, Евангелия в состоянии помочь исследователям литературы Талмуда и Мидраша и историкам еврейского народа подтвердить достоверность некоторых поздних элементов традиции, а также датировать их.

Библиография

[1]. Я благодарю Юрия Табака за замечания, которые помогли улучшить эту статью.

[2]. Михаил Туваль. «Иудейский прозелитизм» в греко-римскую эпоху // Лехаим. 2009. № 2.

[3]. O евангельских и раввинистических притчах см.: R. S. Notley and Z. Safrai. Parables of the Sages. Jewish Wisdom from Jesus to Rav Ashi. Jerusalem, 2011.

[4]. См. обзор в: G. Vermes. Jesus and the World of Judaism. London, 1983. Р. 58-–76. Важнейшим трудом в этой области и по сей день является: H. L. Strack, P. Billerback. Kommentar zum Neuen Testament aus Talmud und Midrasch. 4 Bände. München, 1922–1928.

[5]. Первым документом раввинистического иудаизма была Мишна, опубликованная около 200 года н. э. Палестинский Талмуд (также называемый «Иерусалимским» и «Талмудом Эрец-Исраэль») был завершен в Галилее к концу IV — началу V века н. э. Вавилонский Талмуд, созданный в Вавилонии, был отредактирован не ранее конца VI века н. э. Так называемые «алахические мидраши» были созданы в III–IV веках н. э. (хотя о точной датировке до сих пор ведутся споры). Самые ранние экзегетические мидраши датируются IV–V веками н. э. Поздние были созданы в начале второго тысячелетия н. э. Общую информацию касательно важнейших мудрецов, структуры раввинистической литературы и ее хронологических рамок можно найти в: Л. Шиффман. От текста к традиции: История иудаизма в эпоху Второго храма и период Мишны и Талмуда. Иеру-салим—Москва, 2002. С. 170–229.

[6]. См.: A. J. Saldarini. Judaism and the New Testament // E. J. Epp, G. W. MacRae (eds.). The New Testament and Its Modern Interpreters. Atlanta, 1989. Р. 27–54.

[7]. Напр.: J. A. Fitzmyer. The Dead Sea Scrolls and Christian Origins. Grand Rapids, 2000. Р. 9; J. H. Charlesworth. The Old Testament Pseudepigrapha and the New Testament. Harrisburg, 1998 (1985). Р. vii, 47–55.

[8]. J. Neusner. Rabbinic Literature and the New Testament: What We Cannot Show We Don’t Know. Valley Forge, 1994.

[9]. Михаил Туваль. Кем были фарисеи? // Лехаим. 2013. № 6.

[10]. Все переводы раввинистических источников в этой статье авторские.

[11]. G. Vermes. Jesus the Jew: A Historian’s Reading of the Gospels. London, 1973. Р. 50–63; Ш. Сафрай. Йешу ве-а-тнуа а-хасидит // A. Oppenheimer, D. R. Schwartz (eds.). The Jews in the Hellenistic-Roman World. Studies in Memory of Menahem Stern. Jerusalem, 1996. Р. 413–436 (на иврите); idem. Хасидим ве аншей-маасэ // Idem. In Times of Temple and Mishnah. Studies in Jewish History. Jerusalem, 1996. Vol. 2. Р. 518–539 (на иврите).

[12]. D. Flusser. It Is Not a Serpent That Kills // Idem. Judaism and the Origins of Christianity. Jerusalem, 1988. Р. 543–551.

[13]. Ханина бен Доса: Вавилонский Талмуд, Брахот, 17б; Таанит, 24б; Хулин, 86а.

[14]. Синодальный перевод: «и прославлю Его». На ивр. «украсить», «приукрасить».

[15]. После возвращения из вавилонского плена арамейский язык постепенно начал вытеснять иврит в качестве повседневного разговорного языка евреев. Поэтому при чтении Писания в синагоге часто необходимо было прилагать устный перевод на арамейский к читаемому на иврите тексту Торы и Пророков (см. уже Нехемья, 8:8). Сначала все эти Таргумы (т. е. переводы) существовали только в устной форме, но в период Мишны и Талмуда некоторые из них были записаны и таким образом дошли до нас.

[16]. См.: P. S. Alexander. Jesus and the Golden Rule // J. H. Charlesworth, L. L. Johns (eds.). Hillel and Jesus: Comparisons of Two Major Religious Leaders. Minneapolis, 1997. Р. 363–388. Другие сходства между Гилелем и Иисусом обсуждаются в статье: D. Flusser. Hillel and Jesus: Two Ways of Self-Awareness // Hillel and Jesus… Р. 71–107.

[17]. «Авот де-рабби Натан» — это постталмудическое сочинение, своего рода Гемара на трактат «Авот» из Мишны.

[18]. См.: D. Flusser. Johanan ben Zakkai and Matthew // Idem. Judaism… Р. 490–492; idem. Jesus. 3rd ed. Jerusalem, 2001. Р. 81–84.

[19]. D. Flusser. A New Sensitivity in Judaism and the Christian Message // Idem. Judaism… Р. 469–489.

.

VN:F [1.9.22_1171]
VN:F [1.9.22_1171]

Если вам понравилась эта статья, Пожалуйста, оцените её Кликни иконку в соц.сетях
А так же поддержите нас, кликнув на партнерскую ссылку рекламы от Гугль