Береги свою речь.

685 Просмотров




Если вы чувствуете, что кипите от возмущения и готовы с гневом высказать свои претензии тому, кто это возмущение вызвал, — знайте, что (в большинстве случаев) так поступать запрещено.

1. Оговор.

Если человек намеренно злословит о ком-то за его спиной и не хочет, чтобы тот знал, что его порочат, то, кроме того что им нарушается запрет на лашон-ара, он еще и навлекает на себя проклятие Торы (Дварим 27:24):
«Да проклят тот, кто тайно наносит удар своему другу».

2. Лашон-ара, который говорящий готов произнести даже в присутствии того, о ком он говорит.

Если вы чувствуете, что кипите от возмущения и готовы с гневом высказать свои претензии тому, кто это возмущение вызвал, — знайте, что (в большинстве случаев) так поступать запрещено. Каким бы праведным ни был ваш гнев! Но если вы не утерпели и все-таки высказали человеку в лицо все, что вы о нем думаете, — все равно запрещено повторять другим унижающие его слова.
Нахум Абаевский говорит: «Даже если бы Фридман присутствовал здесь, я сказал бы ему, что он шарлатан, а не ученый». И добавляет для подкрепления правоты своих слов: «Я говорю серьезно. Это не лашон-ара».
Реплика Фиры: «Наша соседка Дина очень бесхозяйственна, у нее в доме вечный беспорядок. Я готова повторить эти слова при ней».
Алик Меламед доверительно сообщает: «Если я говорю, что Давид ленив, то это вовсе не лашон-ара: вчера я ему сказал то же самое».
Все три приведенных случая — классические примеры лашон-ара!

3. Лашон-ара, произнесенный в присутствии того, о ком идет речь.

Говорить лашон-ара о ком-то в его присутствии — очень серьезный проступок. Даже если мы намерены высказывать человеку критические замечания о его недостатках, сделать это мы вправе только с глазу на глаз, наедине. Обидеть кого-то публично — тяжелый грех. Мы не только произносим лашон-ара, но тут же, на месте, обижаем и унижаем человека.
Менахем, Дов и Шломо прогуливаются по улице. Менахем спрашивает у Дова: «Знаешь ли ты, что Шломо вечно опаздывает на молитву?»
Мало того что Менахем произнес лашон-ара, он ставит Шломо в неудобное положение. Если Менахем хочет помочь Шломо исправить свой недостаток, он должен указать на него в беседе с глазу на глаз.
На многолюдной и оживленной вечеринке миссис Юзефович попросила миссис Фельдман оказать ей услугу.
«Извините, я сейчас очень занята», — отказалась миссис Фельдман.
«Я уже не в первый раз замечаю, что вы не очень-то отзывчивы, — проговорила миссис Юзефович достаточно громко, чтобы все слышали. — Почему вы всегда думаете только о себе?»
Миссис Юзефович совершила грех лашон-ара.

4. Примеры высказываний, которые разрешены, если говорящий готов повторить их в присутствии того, о ком говорит.

Определенные утверждения не считаются лашон-ара, если говорящий готов их повторить также в присутствии того, о ком говорит. Речь идет о высказываниях, которые могут быть истолкованы как абсолютно нейтральные либо как слегка обидные. Интерпретация этих утверждений зависит от тона говорящего, его жестов, мимики. В присутствии человека, которого мы критикуем, нам вряд ли захочется говорить о нем в неприятной манере. Наша готовность к тому, чтобы он услышал критику, доказывает, что высказанное нами замечание в его адрес не следует толковать как унижающее.
Тем не менее, если ясно, что наше замечание унизительно, произносить его запрещено всегда! Независимо от присутствия или отсутствия субъекта.
Этот пример мы уже использовали. Обратимся к нему еще раз. Реувен, оказавшийся в чужом городе, встретил на улице Шимона и Леви. Он спросил, не могли бы они ему указать, где находится кашерный ресторан. «Зачем вам ресторан? — спросил Шимон. — У Леви дома всегда много еды».
Эта фраза может показаться оскорбительной, намекающей на обжорство и расточительность Леви. Однако следует предположить, что Шимон хотел сделать Леви комплимент, — тогда фраза имеет положительный смысл: Леви щедр, гостеприимен, он хороший хозяин. Но если Шимон хотел создать впечатление о Леви как о прожорливом человека, эта фраза запрещена даже в присутствии Леви.

5. Лашон-ара, сказанный в шутку.

Тора запрещает делать заявления, унижающие честь кого-либо, даже если они не содержат ненависти и намерения унизить человека, о котором говорят.
Арье упрекнули в том, что он произнес лашон-ара в адрес Нафтали. На это он ответил: «Нафтали мой друг, все об этом знают. Я просто пошутил по его поводу».
Утверждение, что человек «просто пошутил», не может служить оправданием злословию.
Однажды группа студентов ешивы в Радине ставила пуримский спектакль в доме Хафец-Хаима. В одном из эпизодов можно было усмотреть тонкий намек на случай, вокруг которого в свое время шли острые дебаты в ешиве. Хафец-Хаим немедленно предупредил артистов: «Даже в Пурим следует воздерживаться от лашон-ара».

6. Лашон-ара без упоминания имен.

Чтобы утверждение считалось лашон-ара (а следовательно, попадало под запрет), необязательно упоминать чье-либо конкретное имя. Если слушатель может догадаться, на кого направлен намек, т.е. последний достаточно прозрачен, — перед нами лашон-ара! Согласитесь, если рассказчик артистичен и умело имитирует (даже невольно) манеру говорить, жесты, речевые особенности человека, о котором он рассказывает, если он цитирует характерные для того выражения, это может помочь окружающим легко догадаться, о ком идет речь.
Самое лучшее — полностью воздерживаться от каких-либо пренебрежительных и едких замечаний. Даже если мы считаем, будто говорим о человеке, незнакомом нашим слушателям, что у них нет возможности догадаться, о ком идет разговор, — мы можем ошибиться, ибо мир, как известно, тесен.
«Конечно, только один человек, которого мы знаем, способен на такое».

7. Даже не произнося ничего унижающего, можно причинить вред.

Вспомним определение: любое утверждение, которое может вызвать боль, душевные страдания или финансовые потери, — это лашон-ара. И оно остается таковым быть, даже если внешне не содержит ничего оскорбительного или унижающего.
Пример из Талмуда. Рабби Йеуда, рабби Йосе и рабби Шимон бар Йохай сидели и обсуждали обычаи римлян, захвативших Эрец Исраэль. Рабби Йеуда похвалил их за некоторые полезные вещи, которые они принесли с собой (умение прокладывать дороги, строить бани и т.п.). Рабби Йосе промолчал. А рабби Шимон бар Йохай возразил, сказав, что все, что делают римляне, они делают не для блага еврейского народа, а в личных интересах. При этой дискуссии присутствовал Йеуда бен Герим, который пошел и по душевной простоте рассказал в кругу семьи все, что слышал. В результате такого не очень умного поступка поползли слухи о дискуссии трех мудрецов, достигшие в конце концов римских ушей. Рабби Шимону пришлось скрываться, поскольку римляне приговорили его к смертной казни за критические высказывания об их власти.
Заметьте, Йеуду бен Герим никто не предупреждал, чтобы он молчал. Он вовсе не намеревался причинить рабби Шимону вред. Просто он поделился информацией со своими родными, близкими людьми. Но он был обязан подумать о том, что произойдет, если римляне узнают о словах рабби Шимона бар Йохай. Следовательно, Йеуда бен Герим не имел права пересказывать этот разговор. Он обязан был хранить его в тайне.

8. Скрытый лашон-ара.

Если мы произносим нечто, способное причинить боль или неприятности, и делаем это не в откровенной форме, завуалировано — тем не менее, мы виновны в произнесении лашон-ара.
Еще один пример из Талмуда. Римские власти приступили к постройке большого моста, но для осуществления проекта не хватало средств для найма рабочей силы. Поэтому решили разделить еврейское население города на шесть групп, так чтобы каждый день одна из групп работала бесплатно на строительстве моста. Однажды утром еврей по имени Тапуах решил, что лучше остаться дома и учить Тору, чем работать на стройке. Но группа рабочих, задумав ему отомстить, составила хитрый план. В какой-то момент один из строителей громко окликнул другого: «Эй, что ты взял сегодня на завтрак?» Тот ответил: «Яблоко». Услышал надсмотрщик слово «яблоко» и по простейшим законам ассоциативного мышления сообразил, что он не видит Тапуаха в числе рабочих. Тут же он отправил стражника за Тапуахом, и тот сильно пострадал.
Перед нами — лашон-ара бецина (скрытый лашон-ара). Имя еврея Тапуаха не было упомянуто открыто. Тем не менее, строители собирались нанести вред своему товарищу. Их поступок — произнесение лашон-ара.

9. Унижающие высказывания, не приносящие вреда.

Если кто-то говорит слова, унижающие достоинство человека, он виновен в произнесении лашон-ара, даже если его высказывание и не может принести вреда. (Такое бывает, например, в случае, если слушатель не верит в то, что ему рассказывают о третьем лице).
Даже если рассказчик заранее знает, что его злословие бессильно принести вред, все равно злословить нельзя. Тора запрещает передачу любой унижающей информации, независимо от того, принесет она вред или нет.
Аба не может оправдать свое злословие о Гади тем, что Гади живет в Нью-Йорке, а разговор о нем идет в Эрец Исраэль, поэтому, дескать, Гади никогда не узнает о том, что о нем говорили.
Фаина, оговаривая свою учительницу, добавила, что у той пожизненный контракт, а значит, она не потеряет работу, даже если до начальства дойдет неприятная информация. Такое оправдание необоснованно.

10. Судить о человеке с хорошей стороны.

В любой ситуации надо расценивать поступок или слова другого человека с хорошей стороны. На иврите это называется — ладун коль адам лехаф зхут, судить о каждом, оправдывая его (а не осуждая). Если мы, сомневаясь в оценке поступка другого человека, можем поступить согласно одной из двух стратегий: или предположить наличие какого-то неизвестного нам извиняющего момента, или выступить с обвинением, отвергнув все оправдывающие мотивы, — то мы обязаны выбрать первый путь.
Применительно к правилам о лашон-ара: если кто-то, осуждая чей-то поступок, не судит своего ближнего с хорошей стороны, а выставляет того как нарушителя, то он не только совершает грех лашон-ара, но и нарушает заповедь: «Справедливо суди о своем ближнем».

А. В отношении благочестивого человека.

В первую очередь мы обязаны судить о любых действиях, оправдывая их, если они совершены человеком благочестивым, тем, кто известен как еврей, соблюдающий заповеди, пользующийся авторитетом окружающих, достойно относящийся к людям. Так следует поступать и в тех случаях, когда по поступку мы не видим, что вероятнее — наличие оправдывающего момента или осуждающего, поскольку оба кажутся одинаково возможными. Но даже тогда, когда более вероятно, что действие такого человека было неправильным, мы не можем выступить с осуждением.
Представьте себе ситуацию: господин Лифшиц, еврей, известный своей благочестивостью, сообщает, что не может в положенный срок вернуть нам денежный долг, но мы замечаем, что в его бумажнике лежит большая сумма денег. Наша обязанность — предположить, что деньги, которые мы видим, либо не принадлежат Лифшицу, либо они необходимы ему для покупки чего-то необычайно срочного и важного. Поэтому, если мы скажем другим: «Лифшиц не возвращает долг даже тогда, когда у него полно денег», — мы нарушим заповедь: «Справедливо суди о своем ближнем», — а заодно будем виновны в произнесении лашон-ара.
Раввин нашей общины удостоил особой чести некоего человека — по нашему мнению, незаслуженно. Мы должны предположить, что раввину тот человек знаком больше чем нам, что он заслуживает оказанной ему чести и что у него есть достоинства, от нас скрытые. Но если мы допустим, будто раввином движут эгоистические мотивы (например, он нуждается в протекции того человека или хочет, чтобы тот, в свою очередь, оказал ему особое уважение в аналогичной ситуации), и расскажем об этом другим, — то будем виновны в том, что судим о раввине, не оправдывая его, а также в произнесении лашон-ара.

Б. В отношении обычного человека, соблюдающего заповеди.

Обычным евреем считается тот, кто боится совершить грех, но ему не всегда удается выдержать испытание. О его поступках мы тоже обязаны судить с хорошей стороны, по возможности оправдывая их, а не осуждая. При этом надо соблюдать ряд положений:
1) Если возможности благоприятного и неблагоприятного суждения о поступке человека равновероятны, мы обязаны судить о нем с хорошей стороны (предполагая наличие оправдывающих и извиняющих моментов).
2) Если неблагоприятное решение перевешивает, мы должны оставить этот вопрос под сомнением, не склоняясь ни к одному из решений. Тем не менее, закон разрешает принять осуждающую сторону (что запрещено делать в случае с праведником.)
3) Даже когда осуждающий мотив кажется нам весьма и весьма более вероятным, будет хорошо с нашей стороны, если мы будем судить о поступке с хорошей стороны.
Надо помнить, что сказали наши мудрецы: «С тем, кто оправдывает ближнего (не имея полной информации о его поступке), Всевышний поступит так же».
Натан, наш знакомый, соблюдает заповеди. Он сказал нам, что не может сейчас выплатить свой долг. Если мы не усматриваем обстоятельств, указывающих на противоположное, надо ему поверить.
Но если оправдание Натана не кажется нам правдоподобным, то и тогда мы не спешим с осуждением. В таком случае предпочтительно считать, что он действительно не может вернуть свой долг и что наша оценка ошибочна.

В Талмуде приведен рассказ, который может помочь нам осознать необходимость соблюдения правила, согласно которому надо судить о ближних с хорошей стороны.
Житель Верхней Галилеи нанялся в работники на три года к уроженцу юга Эрец Исраэль. Перед Йом-Кипуром тот сказал хозяину: «Выплати мне, что я заработал, и я пойду домой к жене и детям».
«Сейчас у меня нет свободных денег», — признался хозяин.
«Тогда дай мне фруктами», — предложил работник.
«Фруктов у меня тоже нет… В доме у меня пусто».
«Тогда я согласен на что-либо из домашнего скота».
«У меня нет домашнего скота».
«Ну хотя бы одеяло или подушка у тебя есть?»
«Нет, — вздохнул хозяин. — У меня даже одеяла с подушкой нету».
Делать нечего, опечаленный работник собрался в путь, попрощался и ушел… После праздника Сукот хозяин привел к дому того работника караван. Сначала он выплатил ему зарплату деньгами, а затем подарил трех ослов, груженных едой, питьем и лакомствами. При расставании хозяин спросил работника:
«Когда ты попросил деньги, а у меня их не оказалось, что ты подумал обо мне?»
«Подумал, что, наверное, ты вложил их в какое-то прибыльное дело».
«А когда я сказал тебе, что у меня нет домашнего скота?»
«Подумал, что ты одолжил его другим людям».
«А когда ты услышал от меня, что в моем доме нет вообще никакого имущества?»
«Я решил, что ты сдал все в аренду. Такое бывает с предпринимателями, когда срочно нужны средства».
«А когда я сказал тебе, что у меня нет фруктов? Ведь фруктов был полон сад. Ты сам работал в том саду».
«Я решил, что от тех фруктов еще не отделена десятина».
«А что ты подумал, услышав, что у меня нет ни одеяла, ни подушки?»
«Когда в доме нет ни одеяла, ни подушки, это означает, что их со всем остальным пожертвовали в пользу Храма!»
«Клянусь тебе, что все было именно так, как ты подумал! Пусть Всевышний будет судить тебя так же милостиво, как ты судил обо мне».

VN:F [1.9.22_1171]
VN:F [1.9.22_1171]

Если вам понравилась эта статья, Пожалуйста, оцените её Кликни иконку в соц.сетях
А так же поддержите нас, кликнув на партнерскую ссылку рекламы от Гугль

  • Sergey Ignatov

    Мне кажется, что литература по мусару на сайте должна быть в большем объеме. Мессианские и христианские верующие должны иметь правильное воспитание.

    VA:F [1.9.22_1171]
    VA:F [1.9.22_1171]